среда, 16 января 2013 г.

Форд, который придумал тест 99 страницы


Знакомо ли вам имя английского писателя, поэта, редактора и критика Форда Мэдокса Форда (17.12.1873 – 26.06.1939)?
Если ваш ответ: "Да", преклоняюсь! 
Я не могу похвастаться подобной эрудицией. Утешает лишь то, что это имя неизвестно не только мне, но и подавляющему большинству российских читателей, хотя Фордом написаны десятки романов, эссе, стихотворений, мемуаров, критических статей и он очень известен у себя на родине, а его книги частенько включались в различные списки тех достойных внимания произведений, которые должен прочитать каждый уважающий себя британец (европеец). 



Его мать была англичанкой, а отец – немцем, и при рождении ребёнка звали – Форд Мэдокс Хюффер (Hueffer), псевдоним же появился гораздо позже (в 1919 г., в период после Первой мировой войны, потому что настоящая фамилия звучала тогда слишком уж по-немецки) в честь деда художника и поэта, представителя прерафаэлитизма Форда Мэдокса Брауна

Форд Мэдокс Браун
Между прочим, именно дед проиллюстрировал первую книгу внука – сказку The Brown Owl (1891). 
Приведу несколько известных работ этого художника.
Форд Мэдокс Браун. Ромео и Джульетта. 1870
 Форд Мэдокс Браун. Букетик цветов  
 Форд Мэдокс Браун. Покровительница хороших детей. 1861 
Форд Мэдокс Браун. Иисус, моющий ноги Петру на Тайной вечере
Форд Мэдокс Форд
 Но вернёмся к Форду Мэдоксу Форду.
Одним из самых знаменитых его произведений является роман «Солдат всегда солдат» (1915), или в дословном переводе «Хороший солдат» (The Good Soldier), который он опубликовал ещё под настоящей фамилией. Созданию этого романа и некоторых других, несомненно, способствовало участие автора в Первой мировой войне.
Сравнительно недавно был издан и на русском языке. 
В 1981 году роман «The Good Soldier» экранизирован в Великобритании.

Ещё одно кинопроизведение, сюжет которого является адаптацией одноименной серии новелл Форда Мэдокса Форда, – британо-американо-бельгийский телесериал «Конец парада» (премьера – 24 августа 2012 г. на телеканале BBC-2).
В нём снимались актёры Бенедикт Камбербэтч, Ребекка Холл, Аделаида Клеменс, Руперт Эверетт и др.













Но всё вышесказанное, как говорится, лишь присказка, а сказка – впереди.
Дело в том, что история моего «знакомства» с писателем началась с того, что совсем недавно в своей новостной ленте я обнаружила ссылку на блог под названием «Тест 99 страницы». Если кто не слышал о нём раньше (как я:)), объясню.
Эпиграф в блоге такой:
«Откройте книгу на 99 странице, прочтите её, и вам откроется качество всего текста».
Форд Мэдокс Форд

Именно Форд Мэдокс Форд и придумал этот тест.
То есть, чтобы получить представление о любой книге, достаточно отрыть её 99-ую страницу и, прочитав, решить для себя: «А хочется ли мне прочитать сотую страницу?». Если хочется, значит книга интересная, и стоит взяться за неё основательно.
Мой любознательный ум :) не мог пройти мимо такой бодрящей теории. 
Я получила некоторые её подтверждения после того, как ознакомилась с содержимым 99-ых страниц книг, которые уже читала раньше, опубликованным в названном блоге. Попробую сегодня продемонстрировать вам и свои собственные эксперименты с книгами.
Недолго думая, начала с тех писателей, которые «отмечают» свои юбилеи в январе и феврале 2013 года. Некоторые из них представлены в блоге «Тест 99 страницы», но я использовала другие произведения этих авторов.
Итак,

10 января – Алексей Николаевич Толстой (130 лет)

«Пётр Первый»

сильных клониться к слабым? Но, что ни день, гремит на дворе Преображенского раскидистая карета – четверней, с двумя страшенными эфиопами на запятках. Борис Алексеевич первым долгом – к ручке царицы-матушки. Румяный, с крупным носом, – под глазами дрожат припухлые мешочки, – от закрученных усов, от подстриженной, с пролысинной, бородки несет мускусом. Глядя на зубы его, засмеешься: до того белы, веселы...
– Как изволила почивать царица? Единорог опять не приснился ли? А я все к вам да к вам... Надоел, прости...
– Полно, батюшка, тебе всегда рады... Что в Москве-то слышно?
– Скучно, царица, да уж так в Кремле скучно... Весь дворец паутиной затянуло...
– Что ты говоришь? Да ну тебя...
– По всем палатам бояре на лавках дремлют. Ску-ука... Дела пло-охи, никто не уважает... Правительница третий день личика не кажет, заперлась... Сунулся к ручке, к царю Ивану, – лежит его царское величество на лежаночке в лисьей шубке, в валеночках, так-то пригорюнился: «Что, – говорит мне, – Борис, скучно у нас? Ветер воет в трубах, так-то страшно... К чему бы?..»
Наталья Кирилловна догадалась наконец, – все шутит. Метнула взором на него, засмеялась...
– Только и приободришься, что у вас, царица... Доброго ты сына родила, умнее всех окажется, дай срок... Глаз у него не спящий...
Уйдет, и у Натальи Кирилловны долго еще блестят глаза. Волнуясь, ходит по спаленке, думает. Так в беспросветный дождь вдруг проглянет сквозь тучи летящие синева, поманит солнцем. Значит – непрочен трон под Сонькой, когда такие орлы прочь летят...
Петр полюбил Бориса Алексеевича; встречая, целовал в губы, советовался о многом, спрашивал денег, и князь ни в чем не отказывал. Часто сманивал Петра с генералами, мастерами, денщиками и карлами гулять и шалить на Кукуе, – выдумывал необыкновенные потехи. Не раз, разгоряченный вином, вскакивал, – бровь нависала, другая задиралась, сверкали зубы, багровел нос... И по-латыни читал из Вергилия:
«Прославим богов, щедро наполняющих вином кубки, и сердце – весельем, и душу – сладкой пищей...»
Петр очарованно глядел на него. За окнами шумел ветер,

Приволж. кн. изд-во, 1974.


23 января – Стендаль (230 лет)
 Жан Луи Дюсси. Портрет Стендаля.1835
«Красное и чёрное»

жится тем, что все ей ново, все изумляет и сладостно льстит самолюбию.
Когда Жюльен забывал о своих честолюбивых стремлениях, он способен был искренне восхищаться даже шляпками, даже платьями г-жи де Реналь. Он таял от блаженства, вдыхая их аромат. Он раскрывал дверцы ее зеркального шкафа и часами стоял перед ним, любуясь красотой и порядком, который там царил. Его подруга стояла, прижавшись к нему, и смотрела на него, а он — он глядел на все эти драгоценные безделушки и наряды, которые накануне венчания кладут в свадебную корзинку невесты.
«И ведь я могла бы выйти замуж за такого человека! — думала иногда г-жа де Реналь. — Такая пламенная душа! Какое это было бы блаженство — жить с ним!»
Что же касается Жюльена, ему еще никогда в жизни не случалось подходить так близко ко всем этим сокрушительным орудиям женской артиллерии. «Мыслимо ли, чтобы в Париже можно было найти что-нибудь более прекрасное?» — восклицал он про себя. И в такие минуты он уже ни в чем не видел никаких помех своему счастью. Порывы искреннего восхищения его возлюбленной, ее восторги часто заставляли его совершенно забывать жалкие рассуждения, которые делали его таким расчетливым и таким нелепым в первые дни их связи. Бывали минуты, когда, несмотря на вечную привычку притворяться, ему доставляло неизъяснимую отраду чистосердечно признаться этой обожавшей его знатной даме в полном своем неведении всяких житейских правил. Высокое положение его возлюбленной невольно возвышало и его. Г-жа де Реналь, в свою очередь, находила истинно духовное наслаждение в том, чтобы наставлять во всяческих мелочах этого даровитого юношу, которому все прочили, что он далеко пойдет. Даже помощник префекта и сам г-н Вально, и те не могли не восхищаться им; и она теперь уже думала, что они вовсе не так глупы. Только одна г-жа Дервиль отнюдь не была склонна высказывать подобные чувства. В отчаянии от того, о чем она догадывалась, и видя, что ее добрые советы только раздражают молодую женщину, которая в буквальном смысле слова совсем потеряла голову, она внезапно уехала из Вержи без всяких объяснений; впрочем, ее поостерегались до-

Коми кн. изд-во, 1984.
Пер. с фр. С. Боброва и М. Богословской


23 февраля – Людмила Улицкая (70 лет)

«Казус Кукоцкого»

но к Василисиному запаху был еще подмешан не то пот, не то душок старой засаленной одежды... И он отводил взгляд от жены и смотрел на Таню, и улыбался ей – прелесть какая девочка, вся в мать, вся в Леночку... В прежнюю Леночку...
Счастливый период их брака окончился. Теперь остался просто брак, как у всех, и даже, может быть, лучше, чем у многих. Ведь многие живут кое-как, изо дня в день, из года в год, не зная ни радости, ни счастья, а лишь одну механическую привычку.
Никогда, никогда – понимали оба – не войдут они больше в ту счастливую воду, в которой плыли десять лет...

* * *
Взгляд Елены то и дело натыкался на щуплую девочку с повадками мелкого грызуна, беззлобную, безответную, жалкую донельзя, косвенную виновницу семейного крушения, которое оказалось для Елены горше всех пережитых несчастий: смерти родителей, бабушки, мужа, больше смертельной болезни и даже больше самой войны. Невозможно было жить вместе с ней, но также невозможно и отделаться от нее, отослать к родственникам, сдать в детдом. И Василиса тихонько бурчала, как будто в стену:
– А ты думала, просто? Все не просто... Потрудись-ка теперь... О-хо-хо... Такого не отмолить...
Какие Еленины грехи она имела в виду? Счет у Василисы Гавриловны был особый, непростой, но стояла за этим счетом странная, даже, может, и глуповатая, но правда.

13
ПЕРВАЯ ТЕТРАДЬ ЕЛЕНЫ

Жизнь моя сама по себе столь незначительна, и сама я столь незначительна, что мне никогда бы в голову не пришло что-то записывать, если бы не одно обстоятельство – память моя делается все хуже и хуже. Нуждается в каких-то подкреплениях извне: запахи, звуки, предметы, вызывающие воспоминания,

© Л. Улицкая, 2006
© ООО «Издательство «Эксмо», 2008


27 февраля – Ирвин Шоу (100 лет)

«Вечер в Византии»

утонул, и при этом отчаянно колотил руками по воде и отплевывался, делая вид, что притворяется, хотя, очевидно, ему было не до смеха. Пришлось тащить его на сушу. Лежа на камнях, розовый, скользкий, на берег, он негодующе провозгласил:
— Ох уж вы, аристократы, все-то умеете делать и никогда не утонете.
Мирные, приятные сцены.
Память, разумеется, обязательно подведет, дай ей только волю. Ни один временной период, даже месяц или неделя, которую позднее вы вспоминаете как самую счастливую в жизни, не была сплошным удовольствием.
Ссора с Пенелопой, случившаяся поздно ночью недели через две-три после их приезда на виллу. Из-за Бреннера. И хотя они заперлись в спальне с опущенными жалюзи, а стены были толстыми, приходилось говорить шепотом, чтобы не услышал Бреннер, поселившийся, правда, в другом конце дома.
— Он что, так и будет здесь торчать? — прошипела Пенелопа. — Мне надоело постоянно сталкиваться с ним нос к носу и видеть эту длинную унылую физиономию, которая вечно торчит за твоим плечом.
— Не так громко, умоляю.
— Я устала понижать голос из опасения обидеть бедняжку! — не сдавалась Пенелопа.— Она сидела голая, на краю постели, расчесывая длинные светлые волосы. — Словно я не в собственном доме!
— А мне казалось, он тебе нравится, — удивился Крейг. Он уже почти засыпал в ожидании, пока она от-

© Irwin Shaw, 1973
© Перевод. Т. А. Перцева, 2000
© ООО «Издательство АСТ», 2000

Вот такой необычный нынче выдался день знакомства с неведомым английским писателем и проверки его теории 99 страницы.

Буду рада, если поделитесь своими впечатлениями!

А вот здесь располагается и сам блог «Тест 99 страницы».

И спасибо всем, кто дочитал до конца!

С уважением
ваша Агния

7 комментариев :

  1. Почему 99-я страница, а не 50-я, или 33-я? В общем, сомнительный какой-то тест... При выборе книги я бы предпочла самое начало, по нему обычно уже понятно, хочется читать дальше, или нет.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Почему страница именно 99-ая, а не какая-то другая, думаю, остаётся на совести Форда :)
      Я могу только высказать собственные предположения.
      Во-первых, после 99-ой следует сотая, а это цифра уж очень красивая :)
      Во-вторых, некоторые авторы способны "выдать" завлекательное начало, а мы, купившись на него, потом видим, что на дальнейшее писательского таланта уже не хватило. Так что 99-ая страница (условно, конечно) и может считаться таким "моментом истины", где уже иссякает пыл графомана, а мастерство художника - нет.

      Удалить
    2. Согласна с Агнией. 99-я - это как бы середина книги. Т.е. видишь, как автор развернулся, можешь его оценить - и в то же время это еще не конец, сразу становится интересно: А кто это? А о чем это они спорят? А чем кончится сюжет? (Ну, если книжечка не 100-страничная ;))))

      Удалить
    3. Честно говоря, ничего не слышала ни о данном Форде (вообще о Фордах слышала!), ни о тесте "99 страницы", но, беря в руки незнакомую книгу, всегда с ней "слегка знакомлюсь" - обязательно читаю аннотацию, предисловие (или "от редактора"), полистаю ее, выхватывая взглядом абзацы... Это как бы предчуствие книги! Конечно, иногда предчуствие превращается в унылый вздох и сожаление о потерянном времени, но в Вашем блоге, Агния, таких книг пока не было, и я думаю, не будет!

      Удалить
    4. Спасибо, Natali, за Ваши рассуждения и за добрые слова!
      Конечно, есть вероятность, что на 99-ой странице окажется тот отрывок, который не привлечёт внимание потенциального читателя к стоящей книге, но, кто не рискует... :)
      А еще, признаюсь, я тут в какой-то мере - фаталист: ВАША книга всё равно вас найдёт!

      Удалить
  2. Любопытный тест, надо попробовать...

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Конечно, попробуйте. Может быть, и такой способ выбора книги для чтения стоит использовать :)

      Удалить